РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 января 2010 года

г.Щекино Тульской области

Щекинский районный суд Тульской области в составе:
председательствующего Алексеевой Т.В.,
при секретаре Демушкиной Т.П.
с участием прокурора Шиляковой Г.В.,
истицы Ф., представителя истицы Ф. – З., действующей в порядке ч. 6 ст. 53 ГПК РФ,
представителя ответчика МУЗ – К., действующей на основании доверенности от 30.12.2009 г.

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Щекинского районного суда гражданское дело № 2-75 /2010/ по иску Ф. к МУЗ о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Ф. обратилась в суд с иском к МУЗ о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и взыскании компенсации морального вреда в размере 50000 рублей. Свои требования мотивировала тем, что приказом уволена с должности санитарки по п. 11 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с противопоказанной по состоянию здоровья работой в соответствии с медицинским заключением. Считает увольнение незаконным, поскольку индивидуальная программа реабилитации инвалида, выданная ей федеральным учреждением медико-санитарной экспертизы, предусматривает возможность для нее работы в должности уборщицы, разнорабочей и санитарки. Кроме того, истица указала, что была уволена в период нахождения на больничном по уходу за ребенком.

Истица Ф. в судебном заседании свои требования поддержала, суду пояснила, что в период с 9 ноября 2009 г. ухаживала за больным ребенком, в связи с чем, ей был выдан листок нетрудоспособности. Выйдя на работу 21.11.2009 г., была ознакомлена с приказом об увольнении с 16.11.2009 г.

Представитель истицы Ф. – З., допущенная к участию в деле в качестве представителя истицы по ч. 6 ст. 53 ГПК РФ, в судебном заседании исковые требования поддержала. Суду пояснила, что истица работает в МУЗ с 14.12.2008 г., с работой справлялась, выполняла все поручения и свои должностные обязанности. Представитель истицы указала, что незаконным увольнением истице причинены нравственные и физические страдания. Из-за незаконных действий ответчика истица волновалась и переживала. При этом эмоциональные нагрузки и перенапряжение Ф. в силу имеющегося заболевания противопоказаны, а потому её состояние здоровья значительно ухудшилось.

Представитель ответчика МУЗ К., действующая по доверенности, исковые требования не признала. Суду пояснила, что Ф. установлена третья группа инвалидности с первой степенью ограничения способности к трудовой деятельности. Увольнение истицы имело место во исполнение рекомендаций индивидуальной программы реабилитации инвалида, выданной филиалом № 13 ФГУ "Главное бюро медико-социальной экспертизы по Тульской области" к акту освидетельствования № 1333 от 27.10.2009 года. Согласно указанной индивидуальной программы реабилитации истице были рекомендованы простые виды труда без психоэмоциональных нагрузок и напряженности: уборщица, разнорабочая. В связи с чем, в МУЗ было принято решение об увольнении истицы по п. 11 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. После увольнения истицы работодателю была предоставлена иная индивидуальная программа реабилитации Ф. с аналогичными исходящим номером и датой выдачи, содержащая указание о возможности работы истицы в должности санитарки. Однако все должности в учреждениях здравоохранения являются работой во вредных условиях труда, в том числе и работа в должности санитарки. Данная должность предполагает значительные физические и эмоциональные нагрузки, которые истице противопоказаны по состоянию здоровью. В связи с чем, считает, что индивидуальная программа инвалида, составленная для Ф., взамен ранее выданной, является необоснованной. Представитель ответчика также пояснила, что накануне издания приказа об увольнении, истица находилась на больничном, поэтому была уволена в последний день больничного. О том, что у истицы открыт второй листок нетрудоспособности в детской поликлинике по уходу за сыном, работодатель в известность истицей поставлен не был.

Выслушав объяснения истицы, ее представителя и представителя ответчика, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора Шиляковой Г.В., полагавшего правильным удовлетворить исковые требования, взыскав в пользу истицы компенсацию морального вреда в размере 2000 рублей, суд приходит к следующему.

Согласно п. 11 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, основанием прекращения трудового договора является нарушение установленных настоящим Кодексом или иным федеральным законом правил заключения трудового договора, если это нарушение исключает возможность продолжения работы (статья 84 настоящего Кодекса).

В силу ч. 1 ст. 84 Трудового кодекса РФ, трудовой договор прекращается вследствие нарушения установленных настоящим Кодексом или иным федеральным законом правил его заключения (пункт 11 части первой статьи 77 настоящего Кодекса), если нарушение этих правил исключает возможность продолжения работы, в случае заключения трудового договора на выполнение работы, противопоказанной данному работнику по состоянию здоровья в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Часть 2 ст. 84 Трудового кодекса РФ указывает, что в случаях, предусмотренных частью первой настоящей статьи, трудовой договор прекращается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья.

Из справки серии МСЭ, выданной ФГУ "Главное бюро медико-социальной экспертизы по Тульской области" усматривается, что Ф. установлена третья группа инвалидности по общему заболеванию с первой степенью ограничения способности к трудовой деятельности на срок до 01.12.2010 года.

Приказом Ф. уволена с работы по п. 11 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с противопоказанной по состоянию здоровья работой в соответствии с медицинским заключением. В качестве основания увольнения указана индивидуальная программа реабилитации инвалида, выдаваемая федеральными государственными учреждениями медико-социальной экспертизы.

Из представленной в обоснование своих доводов истицей индивидуальной программы реабилитации инвалида, выданной филиалом № 13 ФГУ "Главное бюро медико-социальной экспертизы по Тульской области" следует, что Ф. рекомендованы простые виды труда без психоэмоциональных нагрузок и напряженности: уборщица, разнорабочая, санитарка.

Из представленной в обоснование своих возражений ответчиком индивидуальной программы реабилитации инвалида, выданной филиалом № 13 ФГУ "Главное бюро медико-социальной экспертизы по Тульской области" следует, что Ф. рекомендованы простые виды труда на 0,5 ставки без психоэмоциональных нагрузок и напряженности: уборщица, разнорабочая.

Таким образом, у Ф. имеются две индивидуальные программы реабилитации, одна из которых указывает на возможность работы истицы в должности уборщицы и разнорабочей на 0,5 ставки, другая на возможность работы в должности уборщицы, разнорабочей, санитарки.

Из показаний представителя ответчика и письма заместителя прокурора г. Щекино следует, что индивидуальная программа реабилитации, содержащая указание о возможности работы истицы в должности санитарки, получена работодателем только 26.11.2009 г., т.е. позднее даты увольнения истицы.

Однако как установлено судом при увольнении истицы с работы на основании первоначально представленной программы реабилитации, содержащей указание о возможности работы Ф. на 0,5 ставки разнорабочей, уборщицей, работодателем не были выполнены требования, содержащиеся в ч. 2 ст. 84 Трудового кодекса РФ. А именно истице не была предложена, другая имеющаяся в МУЗ работа.

Тот факт, что в МУЗ имелась вакантная должность дворника, подтверждается показаниями представителя ответчика. Также из писем работодателя в адрес работника усматривается, что после увольнения истице была предложена другая работа – должность дворника на 0,5 ставки. От работы в указанной должности истица письменно отказалась.

Однако данное предложение поступило от работодателя в адрес Ф. не перед увольнением, а после увольнения с работы.

Разрешая исковые требования, суд также учитывает и то, что Ф. уволена с занимаемой должности в период нахождения на больничном по уходу за ребенком.

Данное обстоятельство подтверждается листком нетрудоспособности, выданным детской поликлиникой МУЗ, согласно которому Ф. с 09.11.2009 г. была освобождена от работы, к работе ей надлежало приступить с 21.11.2009 г. /л.д. 26/.

В соответствии с ч. 6 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, не допускается увольнение работника по инициативе работодателя в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

В связи с чем, довод представителя ответчика о том, что работодатель не был поставлен истицей в известность о нахождении на больничном, не может быть принят судом во внимание.

Анализируя собранные по делу доказательства, суд приходит к выводу о незаконности увольнения истицы с должности санитарки МУЗ с 16.11.2009 г. и полагает правильным удовлетворить исковые требования Ф. о восстановлении на работе.

В связи с удовлетворением требования о восстановлении на работе, в силу ч. 2 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации подлежат удовлетворению требования о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула.

Из представленного ответчиком расчета следует, что пособие по временной нетрудоспособности Ф. за период с 14.11.2009 г. по 20.11.2009 г. составляет 1045,99 рублей, заработная плата за время вынужденного прогула за период с 21.11.2009 г. по 14.01.2010 г. включительно составляет 6791,84 рублей /1307,17 руб. + 4330 руб. + 1154,67 руб./- / л.д. 98/.

В связи с чем, суд полагает правильным взыскать в пользу истицы с ответчика пособие по временной нетрудоспособности в размере 1045,99 рублей, заработную плату за время вынужденного прогула в размере 6791,84 рублей со дня увольнения по день восстановления на работе.

В соответствии с абз. 3 ст. 211 ГПК Российской Федерации, немедленному исполнению подлежит решение о восстановлении на работе и выплата заработной платы в размере 4330 рублей.

Разрешая требования о взыскании компенсации морального вреда, суд считает правильным их удовлетворить в силу положений ч. 7 ст. 394 ТК РФ частично и взыскать в пользу истицы 2000 рублей. При этом учитывает, что истица испытала нравственные страдания, переживания и волнения, связанные с потерей работы.

В соответствии со ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, в связи с рассмотрением дела и удовлетворением исковых требований, суд полагает правильным взыскать с ответчика государственную пошлину в доход бюджета МО в размере 471,67 рублей /по 100 рублей за требования неимущественного характера о восстановлении на работе и взыскании морального вреда, 271,67 руб. за требование имущественного характера о взыскании заработной платы/.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования Ф. удовлетворить частично.

Восстановить на работе в МУЗ в должности санитарки Ф. с 15.01.2010 года.

Взыскать с МУЗ в пользу Ф. пособие по временной нетрудоспособности за период с 14.11.2009 г. по 20.11.2009 г. в сумме 1045,99 рублей, заработную плату за время вынужденного прогула с 21.11.2009 г. по 14.01.2010 г. в сумме 6791,84 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 2000 рублей.

В остальной части исковых требований Ф. отказать.

Решение в части восстановления на работе и взыскании заработной платы в размере 4330 рублей подлежит немедленному исполнению.

Взыскать с МУЗ в доход бюджета муниципального образования государственную пошлину в размере 471,67 рублей.

Решение может быть обжаловано путем подачи кассационной жалобы в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда через Щекинский районный суд в течение 10 дней со дня вынесения в окончательной форме.

В окончательной форме решение изготовлено 18 января 2010 года.


Судья:

Решение вступило в законную силу 29.01.2010 г.









Вернуться к судебной практике по делам об увольнении по п.11 ч.1 ст.77 ТК РФ


Вернуться к общему разделу судебной практики