Главная > Судебная практика > Увольнение по сокращению > Апелляционное определение Иркутского областного суда от 05.04.2018 № 33-2367/2018


Услуги юриста по трудовому праву в Москве

БЕСПЛАТНАЯ КОНСУЛЬТАЦИЯ

+7 (903) 219 00 24


Увольнение по сокращению в последний день действия прежнего штатного расписания правомерно

ИРКУТСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 33-2367/2018

5 апреля 2018 г.

Судья Овчинникова В.М.

Судья-докладчик Губаревич И.И.


Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:
судьи - председательствующего Губаревич И.И.,
судей Цариевой Н.А., Сальниковой Н.А.,
при секретаре М.,
с участием прокурора Нагорной И.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Ш. к Муниципальному казенному учреждению дополнительного образования "Мамско-Чуйский районный Дом детского творчества" о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за дни вынужденного прогула, компенсации морального вреда по апелляционной жалобе истца Ш. на решение Мамско-Чуйского районного суда Иркутской области от 11 января 2018 года,

УСТАНОВИЛА:

Ш. обратилась в суд с иском, указав в обоснование требований, что 1 августа 2014 года она была принята на работу в МКУ ДО "Мамско-Чуйский районный Дом детского творчества" (далее по тексту - МКУДО "Мамско-Чуйский РДДТ" на должность (данные изъяты), 8 февраля 2016 года переведена на должность (данные изъяты). 6 сентября 2017 года ей было вручено уведомление о том, что занимаемая ею штатная должность сокращается, предложен перевод на должность (данные изъяты). Из указанного уведомления не понятно, какая ее должность сокращается, с какого числа, в нарушение трудового законодательства Российской Федерации предложение о переводе не содержит описание существенных условий предполагаемого труда (педагогическая недельная нагрузка, оклад и пр.).

Истец полагает, что основанием для проведения сокращения послужило распоряжение Администрации Мамско-Чуйского района от 4 сентября 2017 года N 161 "О сокращении должностей", а не распоряжение самого работодателя, что указывает на незаконность и отсутствие обоснованных причин для проведения процедуры сокращения должностей. Письмом директора МКУ ДО "Мамско-Чуйский РДДТ" от 26 сентября 2017 года ей незаконно отказано в ознакомлении со штатным расписанием. До 11 октября 2017 года в нарушение трудового законодательства вакантные должности ей не предлагались. Также в период действия процедуры сокращения на работу принимались новые работники. С 11 октября 2017 года на основании личного заявления по дату сокращения она находилась в отпуске. 15 ноября 2017 года она получила трудовую книжку и расписалась в приказе об увольнении, при этом вакантные должности ей предложены не были. В нарушение процедуры сокращения выплаты, связанные с расторжением трудового договора, в день увольнения не перечислены. Неправомерными действиями работодателя ей причинен моральный вред.

На основании изложенного истец Ш. просила суд признать увольнение по основаниям, указанным в п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, незаконным; восстановить ее на работе в МКУ ДО "Мамско-Чуйский РДДТ" в должности (данные изъяты); взыскать с ответчика в ее пользу средний заработок за все время вынужденного прогула с 15 ноября 2017 года по день восстановления на работе; взыскать в счет компенсации морального вреда, причиненного неправомерными действиями работодателя, сумму в размере 20 000 руб.

Решением Мамско-Чуйского районного суда Иркутской области от 11 января 2018 года в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе истец Ш. просит решение суда отменить, вынести новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме. В обоснование доводов к отмене решения указано, что вывод суда о законности и обоснованности сокращения является неправомерный, поскольку основанием для проведения процедуры увольнения явилось распоряжение администрации Мамско-Чуйского района, что является прямым противоречием выводам Конституционного суда РФ об исключительной компетенции работодателя принимать решения об изменении структуры, штатного расписания, численного состава работников организации. Выводы суда о правомерности указанной причины сокращения противоречат Трудовому кодексу РФ, Гражданскому кодексу РФ, Закону о местном самоуправлении, Закону о некоммерческих организациях, Закону об образовании, где указывается о полной автономии образовательной организации.

В нарушение трудового законодательства суд не учел, что при уведомлении истца о сокращении должности с 15 ноября 2017 года, на эту дату сокращаемая должность уже будет отсутствовать в штатном расписании, в связи с чем, последним рабочим днем и днем увольнения будет являться 14 ноября 2017 года. Поскольку по 14 ноября 2017 года истец находилась в административном отпуске, то увольнение произошло 15 ноября, то есть на следующий день. Однако, новое штатное расписание, приказ о введении в действие штатного расписания датированы 16 ноября, следовательно, у работодателя отсутствовало основание для сокращения должности истца.

Доказательством фактического сокращения численности работников может служить уменьшение объема работы и фонда заработной платы. Доводы истца о несоответствии штатного расписания с проводимым сокращением суд оставил без внимания. Судом не установлено, имели ли место фактическое сокращение штата.

При проверке соблюдения требований процедуры сокращения суд не принял во внимание значимые для дела обстоятельства, а именно, что предложение должности (данные изъяты), изложенное в уведомлении, не стоит рассматривать как предложение вакантной должности в связи с отсутствием указаний на существенные условия предполагаемого труда. Наличие вакантных должностей не усматривается и в представленных штатных расписаниях. Вывод суда основывается лишь на представленной ответчиком информации, которой не дана оценка, об имевшихся вакантных должностях педагога дополнительного образования и педагога - психолога в период с 1 сентября 2017 года по 15 ноября 2017 года. При этом, не учел, что на вакантную должность педагога дополнительного образования приказом от 20 сентября 2017 года была принята Б.

При вынесении решения суд не выяснил, получал ли ответчик письменный отказ от предложенной вакантной должности (данные изъяты). Акт об отказе истца занять вакантную должность также не существует. Учитывая, что работодатель не установил истцу какой-либо срок для выражения согласия на замещение вакантной должности, истец могла выразить свое согласие до дня своего увольнения 15 ноября 2017 года. Вместе с тем, 20 сентября 2017 года на эту должность, предложенную истцу, работодатель принял Б.., чем лишил возможности истца занять ее.

С момента вручения 6 сентября 2017 года первичного уведомления о сокращении до момента увольнения истцу вакантные должности не предлагались. Попытки истца узнать о наличии вакантных должностей игнорировались.

Также суд не принял во внимание довод истца о недопустимости несоблюдения ответчиком требований Закона РФ о "О занятости населения в Российской Федерации", обязывающего работодателя уведомить органы службы занятости в письменной форме о предстоящем увольнении работников в связи с сокращением штата или численности за 2 месяца. Уведомление в службу занятости ответчик направил лишь 15 сентября 2017 года, уже после вручения истцу уведомления о сокращении.

В ходе судебного заседания установлен и не оспаривался сторонами факт несвоевременной выплаты, положенной при сокращении штата, как увольняемому сотруднику. Тогда как письменными доказательствами, имеющимися в материалах дела: приказом об увольнении, журналом выдачи трудовой книжки, записью об увольнении в личном деле истца подтверждено увольнение 15 ноября 2017 года.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчика МКУ ДО "Мамско-Чуйский РДДТ" Р. просит оставить апелляционную жалобу без удовлетворения.

Заслушав доклад судьи, истца Ш., поддержавшую доводы апелляционной жалобы, заключение прокурора Нагорной И.Н., полагавшей решение законным и обоснованным, не подлежащим отмене, изучив материалы дела, проверив решение суда в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия не находит оснований к отмене постановленного судом решения.

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае сокращения численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя.

Согласно ч. 3 ст. 81 ТК РФ увольнение работника в связи с сокращением численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. Работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. При решении вопроса о переводе работника на другую работу необходимо также учитывать реальную возможность работника выполнять предлагаемую ему работу с учетом его образования, квалификации, опыта работы.

Расторжение трудового договора с работником по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ возможно при условии, что он не имел преимущественного права на оставление на работе (ст. 179 ТК РФ) и был предупрежден персонально и под роспись не менее чем за два месяца о предстоящем увольнении (ч. 2 ст. 180 ТК РФ).

В силу п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии с ч. 3 ст. 81 Кодекса увольнение работника в связи с сокращением численности или штата работников организации, индивидуального предпринимателя допускается, если невозможно перевести работника с его письменного согласия на другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. Судам следует иметь в виду, что работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. При решении вопроса о переводе работника на другую работу необходимо также учитывать реальную возможность работника выполнять предлагаемую ему работу (с учетом его образования, квалификации, опыта работы).

Как установлено судом первой инстанции и подтверждается материалами дела, 1 августа 2014 года на основании приказа о приеме на работу Номер изъят Ш. была принята на работу в МКУ ДО "Мамско-Чуйский РДДТ" на должность (данные изъяты) трудовой договор заключен бессрочно.

Приказом Номер изъят от 4 февраля 2016 года Ш. переведена на должность (данные изъяты) с 8 февраля 2016 года, о чем составлено дополнительное соглашение к трудовому договору.

Штатное расписание МКУ ДО "Мамско-Чуйский РДДТ" на 1 сентября 2017 года, утвержденное 7 сентября 2017 года, содержит указание на наличие в штате единицы (данные изъяты)".

На основании распоряжения администрации Мамско-Чуйского района Иркутской области от 4 сентября 2017 года N 161, приказом директора МКУ ДО "Мамско-Чуйский РДДТ" N 33 от 6 сентября 2017 года "О сокращении должности" приказано исключить с 15 ноября 2017 года из штатного расписания МКУ ДО "Мамско-Чуйский РДДТ" должность (данные изъяты) - 1 единицу. С указанным приказом Ш. ознакомлена 6 сентября 2017 года.

6 сентября 2017 года ответчиком истцу Ш. вручено уведомление о предстоящем сокращении занимаемой ею должности, в котором ответчиком истцу также предложен перевод на должность педагога дополнительного образования, с которым последняя ознакомлена 6 сентября 2017 года.

В штатном расписании МКУ ДО "Мамско-Чуйский РДДТ" на 16 ноября 2017 года, утвержденном 16 ноября 2017 года штатная единица (данные изъяты) отсутствует.

Приказом Номер изъят от 15 ноября 2017 года действие трудового договора Номер изъят от 1 августа 2014 года прекращено, Ш. уволена 15 ноября 2017 года на основании п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ (сокращение штата). С приказом истец ознакомлена.

Разрешая спор и отказывая в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции исходил из того, что у ответчика имелись основания для увольнения Ш. по п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ, работодателем был соблюден установленный законом порядок увольнения по данному основанию, факт сокращения штата и занимаемой истцом должности подтверждается представленными в суд приказом и штатными расписаниями, о предстоящем расторжении трудового договора в связи с сокращением штата истец была уведомлена в установленные законом сроки, в порядке трудоустройства истцу предлагалась имеющаяся у ответчика вакантная должность, согласие на замещение которой истец не выразила, тем самым ответчиком при увольнении истца по основаниям сокращения штата были соблюдены требования ст. 81 и 180 ТК РФ в части трудоустройства работника, подлежащего увольнению по сокращению штата, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

С указанными выводами суда и принятым решением судебная коллегия соглашается.

Доводы апелляционной жалобы о неправомерности сокращения, поскольку основанием для процедуры увольнения явилось распоряжение администрации Мамско-Чуйского района Иркутской области, признаются судебной коллегией несостоятельными по следующим основаниям.

Определение структуры и штата организации, принятие решений об их оптимизации для обеспечения эффективной деятельности и внесение необходимых кадровых изменений, в том числе предусматривающих сокращение численности или штата работников, является исключительной прерогативой работодателя.

Распоряжением администрации Мамско-Чуйского района Иркутской области от 4 сентября 2017 года N 161 "О сокращении должности" в связи с оптимизацией расходов на содержание муниципальных учреждений района, на основании ходатайства начальника МКУ "Управления по организации образовательной деятельности на территории Мамско-Чуйского района" от 31 августа 2017 года N 11448 принято решение о сокращении в МКУ ДО "Мамско-Чуйский РДДТ должности (данные изъяты) - 1 единицу с 15 ноября 2017 года.

Согласно п. 1.3 Устава МКУ ДО "Мамско-Чуйский РДДТ", учредителем и собственником учреждения является муниципальное образование - Мамско-Чуйский район, функции и полномочия Учредителя осуществляет отдел образования администрации Мамско-Чуйского района.

Полномочия учредителя в отношении МКУ ДО "Мамско-Чуйский РДДТ" исполняет МКУ "Управление по организации образовательной деятельности на территории Мамско-Чуйского района", созданное администрацией Мамско-Чуйского района, для указанных целей.

Письмом начальника МКУ "Управление по организации образовательной деятельности на территории Мамско-Чуйского района" от 30 ноября 2016 года N 2231 до сведения мэра Мамско-Чуйского района доведена информация о штатных единицах, предполагаемых к сокращению с целью оптимизации расходов, в том числе по штатным единицам (данные изъяты). По результатам рассмотрения ходатайства начальника Управления от 31 августа 2017 года N 1148 распоряжением администрации Мамско-Чуйского района от 4 сентября 2017 года N 161 принято решение о сокращении штатных единиц в подведомственных учреждениях дополнительного образования. На основании указанного распоряжения руководителем МКУ ДО "Мамско-Чуйский РДДТ" 6 сентября 2017 года издан приказ N 33 "О сокращении должностей".

Обоснованность проведения процедуры сокращения должности, замещаемой истцом, были исследованы в ходе судебного разбирательства в суде первой инстанции.

Порядок увольнения истца по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 81 ТК РФ ответчиком соблюден, гарантии и компенсации, установленные ст. 180 ТК РФ не нарушены.

Доводы апелляционной жалобы о лишении истца права занять вакантную должность педагога дополнительного образования, отклоняются судебной коллегией, поскольку опровергаются материалами дела.

В порядке трудоустройства Ш. предлагалась имеющаяся у ответчика вакантная должность (данные изъяты), согласие на замещение которой истец не выразила до момента прекращения с ней трудовых отношений. Положениями ст. 22 ТК РФ не предусмотрена принудительная обязанность работодателя по трудоустройству граждан, в связи с чем, доводы истца о нарушении ответчиком ее права на занятие вакантной должности (данные изъяты) не заслуживают внимания.

Несостоятельными являются доводы апелляционной жалобы о том, что на должность (данные изъяты), которая была ей предложена в связи с сокращением занимаемой ею должности, был принят другой работник Б., так как судом установлено и подтверждается материалами, что Б., занимавшая должность (данные изъяты) МКУ ДО "Мамско-Чуйский РДДТ", с 18 сентября 2017 года была принята на должность (данные изъяты). Аналогичная должность (данные изъяты) была предложена и истцу Ш. в связи с сокращением занимаемой ею должности (данные изъяты).

В связи с отсутствием у истца соответствующего психологического образования судом обоснованно признан несостоятельным довод истца, что ответчиком ей не была предложена должность педагога-психолога.

Кроме того, судом установлено, что иные вакантные должности до 15 ноября 2017 года у ответчика отсутствовали. Достоверных и неопровержимых доказательств того, что ответчиком представлены подложные доказательства при предоставлении информации о наличии вакансий в период проведения процедуры сокращения штата и увольнения истца стороной истца суду не предоставлено.

Не являются основанием для отмены решения суда доводы апелляционной жалобы о незаконности увольнения истца 15 ноября 2017 года, а не 14 ноября 2017 года и утверждения нового штатного расписания с 16 ноября 2017 года. Из приказа от 6 сентября 2017 года N 33 о сокращении должности и уведомления о сокращении должности от 6 сентября 2017 года следует, что занимаемая истцом должность подлежит сокращению с 15 ноября 2017 года. Согласно ст. 84.1 ТК РФ днем прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника. Увольнение истца 15 ноября 2017 года было произведено ответчиком правомерно, поскольку данный день являлся для истца последним рабочим днем и днем истечения двухмесячного срока предупреждения истца о предстоящем увольнении, а 16 ноября 2017 года трудовые права и обязанности между истцом и ответчиком считались прекращенными. С указанной даты в новом штатном расписании отсутствовала должность заместителя директора по учебно-воспитательной работе.

Необоснованными признаны доводы истца о том, что фактически не произошло сокращения должности. Указанные доводы противоречат установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Нарушение ответчиком срока уведомления службы занятости о предстоящем сокращении не является основанием для признания увольнения. Требование закона о необходимости предупреждения работника за два месяца об увольнении ответчиком не нарушено. Требование закона о направлении информации о сокращении в службу занятости ответчиком соблюдено, что так же подтверждается надлежащими доказательствами, а именно уведомлением от 15 сентября 2017 года о планируемом сокращении. Кроме того, о предстоящем увольнении работников в связи с сокращением численности или штата работодатель обязан уведомить в письменной форме орган службы занятости в соответствии с требованием п. 2 ст. 25 Закона РФ от 19 апреля 1991 N 1032-1 "О занятости населения", Трудовой кодекс РФ такой обязанности для работодателя не устанавливает. Несвоевременное уведомление службы занятости при отсутствии других нарушений со стороны работодателя не является основанием для признания увольнения незаконным, так как не является нарушением порядка увольнения и не влечет восстановления работника на работе.

Согласно ч. 1 ст. 178 ТК РФ при расторжении трудового договора в связи с ликвидацией организации (пункт 1 части первой статьи 81 ТК РФ) либо сокращением численности или штата работников организации (пункт 2 части первой статьи 81 ТК РФ) увольняемому работнику выплачивается выходное пособие в размере среднего месячного заработка, а также за ним сохраняется средний месячный заработок на период трудоустройства, но не свыше двух месяцев со дня увольнения (с зачетом выходного пособия). Из материалов дела следует, что указанные выше выплаты по сокращению штата истцу работодателем произведены в полном объеме. Доводы о том, что указанные выплаты произведены 16 ноября 2017 года не свидетельствуют о незаконности увольнения.

Иные доводы апелляционной жалобы, оспаривающие правомерность произведенного увольнения, не могут служить основанием к отмене постановленного судом решения и удовлетворению требований истца, поскольку сводятся к изложению обстоятельств дела, переоценке обстоятельств и доказательств по делу. По мнению судебной коллегии, доказательства оценены судом первой инстанции по правилам ст. 67 ГПК РФ, оснований для их переоценки судебная коллегия не усматривает.

При рассмотрении дела судом не допущено нарушения или неправильного применения норм материального или процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, оснований для отмены или изменения решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьей 328 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Мамско-Чуйского районного суда Иркутской области от 11 января 2018 года по данному делу оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.


Председательствующий судья
И.И.ГУБАРЕВИЧ

Судьи
Н.А.ЦАРИЕВА
Н.А.САЛЬНИКОВА




Если информации, представленной на сайте, не хватило для решения Вашей проблемы – звоните по телефону

+7 (903) 219 00 24 (Москва)


юрист по трудовому праву


Главная > Судебная практика > Увольнение по сокращению > Апелляционное определение Иркутского областного суда от 05.04.2018 № 33-2367/2018